Детская пока пуста Детская 0-1 Детская 1-3 Детская 3-7 Детская 7++ Спальня Гостиная Кухня Библиотека
Объявления

Привет, Гость ( Вход | Регистрация )

› #38901 | Машатка

Красная Роза смерти

Обида… и бессилие. Беспомощность, осознание того, что твое желание все изменить никогда не сбудется. Горечь и злоба. Злость на себя, на других, на небо за неудачу. Боль на сердце – слишком многие погибли, и все лишь из-за одного предательства. Лишь одного!!! Одного!

Все произошло быстро. Немногие успели понять, что случилось, перед смертью. Просто Кларенс не пришел. А потом явился и обрушил мечи на головы своих союзников, соратников Уорвика. Зря Медведь положился на зятя…

Но мы можем одно: сражаться. Покрывать белую кожу врага бутонами красной крови. И хоть мы не сумели оправиться от предательства и проиграли, для нас не все потеряно, мы еще можем выиграть войну. Войну Алой и Белой розы. Жаль, что сейчас не зима… Было бы красиво. Но в этой битве красных роз на наших телах было больше. Жаль.

Уорвик погиб в этой битве. Теперь и он принес жертву алой розе смерти. После битвы многих казнили, остальные либо бежали к Маргарите, либо примкнули к Йоркам. Говорят, Медведя Уорвика поразил в битве лично Горбун Ричард, но это не так. Впрочем, уже не важно. Хорошо хоть, Уорвика погребли как человека, одного из немногих – остальных оставили на растерзание воронам. Изверги.

Я слышал, что у них в плену дочь Уорвика, леди Анна. Не знаю, правда ли это, но если это так, то ей сильно не повезло, бедняжке.

Многие говорят, что со смертью Медведя партия Ланкастеров потерпела поражение и обречена на смерть. Но я в это не верю, и потому я иду к Ланкастерам: королеве Маргарите и ее сыну.

***

После битвы, в которой был убит Уорвик Делатель королей, Оливер Кросбоу, чудом оставшийся в живых, ушел с поля боя. Оливеру повезло, что его раны не были слишком тяжелыми – несколько разрезов, крупных, но далеко не смертельных. Он даже не падал от них во время боя, ведь в той битве упасть – значило умереть. А уж умирать он не собирался.

Раны, длинные, через все тело, были все же не слишком глубокими, только сильно кровоточили. Далеко с ними он бы не ушел, его могли добить. Но к Оливеру судьба была благосклонна: когда он, спотыкаясь от ран и от усталости, почти не соображая, что делает и, к тому же, волоча пудовый арбалет, заполз на первый попавшийся дворик, его быстро подобрала старуха и помогла ввалиться в ее жалкую хибару. Сквозь звон в ушах Оливер различал ее бормотание о том, что он так похож на ее сына, умершего семь лет назад от горячки. Здесь Оливер пробыл чуть больше двух недель. Бабка держала его в каморке без окон, мазала раны каким-то снадобьем и перевязывала их. Она часто садилась рядом и плакала, тряся седой головой, и все твердила о своем умершем Томми.
Как только раны поджили, Оливер, забрав свой арбалет с оставшимся пучком стрел, ушел. Он шел к своим.

От его ранений остались лишь затягивающиеся тонкой новой кожицей рубцы, они подживали и поэтому неприятно зудели. Одежда, когда-то по цвету бывшая почти белой, сейчас стала грязно-коричневой в бурых пятнах крови – своей, чужой – теперь уже разницы не было. За поясом висел верный арбалет, ведь ремень от него оторвался еще во время битвы. Несколько стрел, перетянутых корой, также были заткнуты рядом с арбалетом.

Оливер шел прячась, сперва по болотам, потом лесом. В лесу, как обычно в начале мая, было мокро и неуютно. Но все же лучше, чем в болотах. На небольших, переплетающихся между собой тропинках леса близ Барнета было небезопасно, поэтому Оливер благоразумно снял с куртки изображения, выдававшие в нем ланкастерца. Раны все меньше тревожили, и он продвигался теперь быстрее. Он слышал, что Маргарита Анжуйская, приехав с Эдом Ланкастером из Франции, намерена высадиться в районе Уэймута и его окрестностей.

«Жаль, – думал Оливер, – что я, пожалуй, не поспею туда к битве».

Но больше идти было некуда, а уж воина из дружины самого Уорвика, пусть и не рыцарского звания, но наученного обращаться с оружием, воина-ланкастерца здесь бы живо повесили – он ведь не благороден.

Конечно, арбалетчиком он был хорошим, какое-то время смог бы защитить себя, но не здесь. Здесь уже земля Йорков.

Кросбоу шел, стараясь прятаться ото всех: никогда не знаешь, как себя поведет незнакомец.

Однажды вечером Оливер заметил, что впереди в лесу кто-то есть. Он насторожился: во время войны спокойствия в народе не жди. Дезертиры, мародеры, лишившиеся крова или совести крестьяне… иногда и все это вместе. Правда, зачастую ходят они не поодиночке, в отличие от него, Оливера. Можно попытаться к ним примкнуть, в целях безопасности, а потом потихоньку уйти – это если не удастся пройти незамеченным. Можно попробовать обойти их, хоть это будет сложновато. Хорошенько прятаться, бесшумно скользить по лесу Оливер не умел, тем более с громоздким арбалетом. Принять бой с шайкой неизвестных, может, лучше него умеющих драться в лесу, имея только арбалет и около десятка стрел, тоже не так уж и умно.

Оливер выглянул из-за кустов, и его худшие опасения подтвердились: у костра грелись человек десять-пятнадцать (при мысли о тепле, исходящем от костра, Оливеру сильнее захотелось поскорее к нему присесть и согреться) и хвастались друг перед другом только что принесенной добычей. Мародеры, а возможно, и разбойники. Скорее всего, из бывших воинов, а может, просто набрали оружия с убитых. Мысль о костре и отдыхе все настойчивее вертелась в голове у Оливера, и он решился. Правда, перед этим еще раз внимательно всмотрелся и убедился, что у людей нет ни луков, ни арбалетов. Если он с ними не поладит, смерть не будет мгновенной. Он успеет хоть что-нибудь сказать, а не будет встречен стрелой. Не очень утешительно, но все же. А если сумеет договориться, то сможет и согреться, и, может быть, даже чего-нибудь поесть, кроме съедобных корешков, прошлогодних ягод, молодой зелени, да последней лепешки той старушки, что лечила его тогда. А потом со свежими силами пойдет в стан Ланкастеров или с этими, если вдруг его не отпустят.

Оливер шагнул в круг света из кустов. На него кинули несколько недоуменно-оценивающих взоров, пара-тройка человек встали и, вынув мечи, направили на него оружие.

- Я – Оливер Кросбоу, и я прошу разрешения погреться у вашего костра.

Несколько человек подвинулись, пропуская чужака к огню. Мечи с легким лязгом вернулись в ножны, встававшие люди сели на свои места. Все вокруг вернулись к своим разговорам, словно забыв об Оливере. Здесь он никого не интересовал: если не побоялся к ним прийти, то беден; вооружен, но говорить не хочет, стало быть, и лезть к нему не следует.

Среди разговоров Оливер уловил что-то о поражении Ланкастеров. Он произнес, никуда не глядя:

- Да, Уорвик проиграл битву, но у ланкастерцев есть надежда: Маргарита Анжуйская с Эдом Ланкастером!

Он сказал это смело, дерзко, не думая о последствиях и о том, среди друзей он или среди врагов.

На него посмотрели, как на умалишенного:

- Два дня назад Маргарита проиграла, а ее сыну Эду отрубили голову. Война окончилась полной победой Йорков! Ланкастеры не восстановятся – их династия пала. Мы только что собрали богатый урожай с поля боя! – загалдели все, показывая Оливеру свою добычу. – Труп Эда Ланкастера бросили вместе с телами казненных и убитых в бою, а их так много, что даже Маргарита, не сиди она в Тауэре, не нашла бы тело сына!

У Оливера внутри все будто оборвалось. Значит, все – зря? Значит…

- Можно мне тогда присоединиться к вам? Мне теперь некуда спешить, да и вообще идти.

И ему разрешили остаться. Так Оливер Кросбоу стал разбойником и мародером.
Из этого он для себя все же ничего особо ценного не приобрел. С первого своего похода он себе лишь подобрал сапоги, потом еще достал себе стрел про запас. Так как у него был свой арбалет и он умел с ним обращаться, в отличие от всех в той компании, к которой он прибился, то Оливер был в некоем полупочетном положении. Друзей себе заводить он не умел, да и не хотел. От природы нелюдимому, ему это не было нужно.

Вскоре с поля боя больше было нечего вынести. Тогда их самопровозглашенный командир, здоровяк Уоллис, предложил “постоять на большой дороге”. Большинство согласилось, кто-то ушел от них. Оливер не был согласен, но остался.

В первый день, когда прохожих и проезжих караулил Уоллис, никого не было. Из их компании, теперь, наверное, шайки, многие остались недовольны этим. На второй день тоже никого не было, и недовольных стало больше. На третий день стоял и “дежурил” Оливер.

Ближе к вечеру на дороге показался экипаж. Оливер издалека увидел герб одного из древних родов, стоявших за Ланкастеров. Он хотел пропустить экипаж, но желание показать себя перед Уоллисом взяло верх. Кросбоу приготовился. Когда экипаж подъехал поближе, Оливер первым выстрелом убил кучера. Лошади, оставшись без управления, встали. Он подошел, взял их под уздцы, а затем свистом подозвал остальных. Из леса вышли три человека. Среди них был и Уоллис.

Из экипажа выглянула дама средних лет. На нее сразу направили мечи двое, что пришли с Уоллисом: сам командир не посчитал нужным этого сделать. Оливер меча не носил, а на то, чтобы перезарядить арбалет, времени у него не было. Дама тихо испуганно вскрикнула.

- Леди, если вы будете себя правильно вести, мы вас отпустим через некоторое время. Пешком, разумеется. Вы богаты? Судя по экипажу, да. Мы возьмем за вас выкуп, – усмехаясь, сказал Уоллис. – А пока – присоединяйтесь к нам. Вон там наш костер. Будьте нашей…гостьей, – со смехом заключил он.

- Она не богата, – сказал Оливер, – Взгляните на герб на экипаже. Она за Ланкастеров, а после поражения с нее можно взять разве только эту карету и лошадей.

Лица разбойников изменились. Уоллиса обуяла злоба на этого выскочку-всезнайку. Он решил, что Оливер защищает ее, потому что она тоже была за Ланкастеров.

- Ну, раз она бесполезна, мы ее прикончим, иначе она станет опасностью для всех нас, – вымолвил командир.

Оливер понял, что натворил. Лучше бы он вовсе не останавливал экипаж. Оливер вовсе не хотел смерти дамы.

- Нет. Вы ее не убьете, – сказал он, глядя Уоллису в глаза. Как Оливер теперь жалел, что не перезарядил арбалет!

- Садитесь в экипаж. Живо!

Дама в замешательстве попятилась к экипажу. Оливер шагнул от лошадей к козлам, все еще глядя на Уоллиса. Дама, тихо поскуливая от ужаса, запрыгнула, насколько это было возможно, в экипаж. Оливер столкнул труп убитого кучера в сторону. Это оказалось не так легко, как он предполагал.

Уоллис, в бешенстве из-за того, что этот чужак тут раскомандовался его законной добычей, а сейчас еще и уведет целый экипаж и пару лошадей прямо из-под носа у него, подбежал и воткнул Оливеру нож в бок. Целился он в сердце, но люди в ярости редко достигают желаемого, да и Кросбоу увернулся, хоть и не очень удачно. Оливер побледнел, в глазах у него помутилось.

Уоллис, теперь нисколько не опасаясь безоружного юношу, думая, что все кончено, повернулся к дверце экипажа. И получил стрелу в свою большую широкую спину: Оливер из последних сил вонзил рукой арбалетную стрелу ему в сердце. Уоллис медленно сполз по боку экипажа. Оливер тряхнул поводья, лошади понеслись, и он потерял сознание.

Все произошло так быстро и неожиданно, что остальные двое стояли и смотрели, как Оливер уезжает. Кто-то, спустя некоторое время, подошел к телу Уоллиса. Это дама увидела из заднего окошка экипажа.

Когда Оливер начал сползать, вожжи, намотанные на руку, натянулись, впились в кожу, и он очнулся. Бок болел так сильно, что Оливер еле сдерживал крик. Чтобы не истечь кровью, Оливер не вынимал нож. Он замедлил ход лошадей, так как от тряски боль была нестерпимой. Сознание то оставляло его, то, урывками, возвращалось.

Долго бы он так не продержался, но впереди показались стены. По звону колоколов Оливер определил, что это какой-то монастырь. Оливер направил лошадей туда. Силы покидали его быстрее, чем ехали лошади. Они подъехали к воротам. Лошади встали, и Оливер разрешил себе впасть в забытье.

Очнулся Оливер в монастыре, бок его был перевязан, в комнате стояла жара. Монахиня вполголоса говорила с той дамой, что он спас. Слышались обрывки фраз: ”…потерял очень много крови… старые раны… не выживет…”

Оливер прошептал: ”Миледи…”

Разговор прекратился, дама подбежала к нему.

У Оливера все пересохло во рту, язык был как вареный и плохо слушался.

- Простите меня, миледи… – шептал он, – Простите меня…

- Все в порядке, все хорошо, – успокаивала его дама.

- Нет, …это все из-за меня… если бы я не остановил вас… не подстрелил кучера… простите… – его шепот прерывался, дыхание было тяжелым, громким и частым.

Дама заплакала. Ее слезы падали на одеяло, на платье, расплываясь маленькими звездами.

Оливер откинул край одеяла: было жарко до тошноты. На белой повязке сбоку алела роза крови.

Слеза скатилась по щеке Оливера: его ли, ее – он не знал.

Жара стала невыносимой. Оливер снова впал в забытье…

Оливер Кросбоу умер семнадцатого мая тысяча четыреста семьдесят первого года в возрасте двадцати трех лет на третий день пребывания в женском аббатстве Стенбрук, что возле Молверна в Вустершире.
И он принес жертву Алой Розе смерти.


Автор: Машатка
6 место
Голосов: 7
Просмотров: 368
 


Анонсы статей
Медицина будущего против мигрени
Мигрень – это настолько неприятно, что в прошлом больные соглашались даже на трепанацию черепа: с помощью отверстий в черепе лекари надеялись выпустить...
Что такое созависимость и как из нее выйти?
Одна из форм созависимости - когда в паре один из партнеров или оба абсолютно зависят друг от друга, теряя собственное «я»...
Игры для веселой компании
Многие любят петь, но просто так петь неинтересно. Давайте играть! Участники делятся на две команды. Одна команда поет один куплет из песни, другая должна...
Жизнь с детьми должна быть комфортна
Жизнь с детьми должна быть комфортна. Не надо себя насиловать тем, без чего можно обойтись. Любите чистоту - прекрасно, ненавидите гладить - не проблема,...
Эхомамины записки
Реклама
Скин форума: Перейти на версию для мобильных
Сейчас: 27 сен 20, 07:33
Рейтинг@Mail.ru Индекс цитирования
Мнение администрации сайта может не совпадать с точкой зрения авторов статей и других материалов, опубликованных на сайте. Помните, что в вопросах здоровья вас и ваших детей нельзя полагаться на советы, данные заочно по интернету!
Перепечатка и использование материалов сайта и сообщений из конференций РАЗРЕШЕНЫ только в интернете при наличии активной ссылки на MATERINSTVO.RU и с указанием имен авторов!
Использование фотографий ЗАПРЕЩЕНО без письменного разрешения их авторов!
Политика конфиденциальности и обработка персональных данных